Правительство намерено изменить принцип социального договора с работающим населением. Со следующего года 14 общепринятых пособий из 39-ти будут выплачивать исключительно нуждающимся. Для их определения Минтруда разработала цифровые карты семьи – информационную систему, автоматически определяющую уровень благополучия граждан и помогающую назначать социальную помощь. Семьи распределят по 5-ти категориям в зависимости от их социально-экономического положения, где категории «А» и «В» означают высокий и удовлетворительный уровни жизни.
Средний класс – на обочине?
По новым правилам, 14 (уход за инвалидами, потеря кормильца, выплаты на погребение, пособие на ребенка и др.) из 39 пособий получат не все, кто исправно платит в Государственный фонд социального страхования (ГФСС). Именно фонд принимает отчисления от фонда оплаты труда с ИП, работодателей, плательщиков единого платежа, участников платформенной занятости, налоговых агентов. А после чего оплачивает пособия по утрате трудоспособности, потере кормильца, работы, беременности и родам, уходу за ребенком. Минтруда под соусом более адресной социальной поддержки фактически сокращает гарантированные социальные выплаты для определенной части плательщиков ГФСС.
Получается занятная история. Человек платит налоги, работодатель перечисляет за него социальные и пенсионные отчисления, но в момент наступления личного события с финансовыми последствиями может обнаружить, что его доход слишком велик для получения государственной помощи и в то же время слишком низкий, чтобы самостоятельно справиться с проблемой.
Человек не обязательно должен быть бедным, чтобы иметь право на социальные выплаты, предусмотренные законом. Тогда как социальные пособия – другая экономическая категория: это ответственность государства, которую оно добровольно берет на себя перед наиболее уязвимой категорией населения.
Возникает две большие проблемы. Во-первых, риск замены на адресность поддержки социальных прав части населения. Во-вторых, в одну кучу сваливают действующую социальную систему и бюджетные пособия, что есть абсолютно разные вещи.
Главный же вопрос – кто и как, на каких основаниях, публично и прозрачно ли, с привлечением независимой экспертизы, будет решать, кого государство считает достаточно обеспеченным для отказа в пособии и как оперативно этот статус может меняться в зависимости от реального финансового состояния семьи.
Цифровая карта – приговор на всегда?
Казахстан уже располагает инструментом оценки нуждаемости. По данным Минтруда от 16 сентября, цифровая карта семьи охватывает около 20 млн человек из более чем 6,2 млн семей, объединяя сведения примерно 30-ти государственных информационных систем. Автоматизированная система должна быстро выявлять нуждающиеся семьи, сокращать административные издержки и препятствовать необоснованному получению бюджетных средств.
Однако вопрос не в том, способно ли государство выявлять малообеспеченных, а в том, для каких выплат оно намерено использовать оценку благосостояния. Наличие недвижимости не всегда означает высокий уровень текущего дохода. Зарегистрированный автомобиль может использоваться для работы. Доходы индивидуального предпринимателя способны существенно различаться от месяца к месяцу. Наконец, имущественное положение семьи может резко измениться вследствие болезни, потери работы или смерти одного из ее членов.
К слову, не праздный вопрос к безопасности и качеству данных системы. Чем больше решений принимается на основании цифрового профиля гражданина, тем выше требования к качеству исходных данных, а также оперативность, с которой можно присвоить и пересмотреть социальный статус. Если Минтруда намерено ограничивать соцподдержку на основании цифровой оценки благосостояния, оно должно обеспечить понятный механизм пересмотра таких решений, в том числе при внезапном ухудшении финансового положения семьи.
Непонятная реформа
Еще одна тема для публичного обсуждения – стимулы населения зарабатывать в белую, декларировать доходы и платить налоги (производить выплаты). Если право на государственную поддержку прекращается при достижении определенного уровня благосостояния, это создает так называемую ловушку дохода. Человек увеличивает личный доход и при достижении определенного порога теряет доступ к отдельным государственным льготам и пособиям. В итоге его располагаемый номинальный доход не растет. Предприниматели и самозанятые получат стимулы для сокрытия части дохода через использование наличных расчетов. Понятно, что сама по себе адресность не означает роста теневой экономики. Многое будет зависеть от методики оценки доходов, возможности пересмотра социального статуса и того, насколько резко прекращается государственная поддержка при переходе семьи из одной категории благосостояния в другую. Однако, велик риск негативного сценария по ситуации.
Если государство одновременно заинтересовано в расширении налоговой базы и повышении прозрачности финансовых операций, но при этом рост официального дохода воспринимается человеком как снижение социальных гарантий, фискальная и социальная политики вступают в противоречие. Здесь очень важны оперативные разъяснения Минтруда для СМИ и общественности, но пока их нет. Хотя такая болезненная тема и такое непростое решение должны претворяться широким обсуждение в обществе.