Сложилась парадоксальная ситуация. С одной стороны, государство рассматривает страховой рынок как один из источников долгосрочного капитала и рассчитывает на опережающее развитие добровольных и долгосрочных страховых продуктов. С другой – высокая стоимость денег делает именно долгосрочные накопления менее привлекательными для потребителя.

Председатель правления СК «Евразия» Кайрат Чегебаев считает одним из главных ограничений для накопительного страхования нынешний уровень процентных ставок. По его словам, продукт фактически стал заложником ситуации на денежном рынке.

«КСЖ сейчас сложно предлагать по долгосрочным накопительным продуктам доходность, сопоставимую с банковскими депозитами», – говорит он.

Если посмотреть на депозитный рынок, ставки по трехмесячным депозитам сегодня значительно выше, чем по годовым. Даже банки, обладая большой депозитной базой и работая в очень конкурентной среде, не предлагают на год ставки, сопоставимые с доходностью трехмесячных депозитов, отмечает Кайрат Чегебаев. Хотя в нормальной ситуации кривая доходности предполагает: чем больше срок привлечения денег, тем выше должна быть доходность. В Казахстане обратная ситуация – фактически инвертированная кривая, когда на коротких сроках ставки выше, чем на длинных, в то время как накопительное страхование – по своей природе долгосрочный продукт.

Эксперт отмечает, что по этой причине страховщикам трудно объяснить клиенту преимущества договора, который заключается на десять и более лет. Если КСЖ способна гарантировать, например, 10–12% на длительном горизонте, потребитель сравнивает эту цифру с текущими ставками банков.

«Условно говоря, мы можем гарантировать клиенту доходность по накопительному страхованию в 10–12% на десять лет, но при текущих ставках потребитель задаст вполне логичный вопрос: зачем мне это, если я могу положить деньги в банк под 16–17%», — поясняет глава СК «Евразия».

Накопительное страхование – достаточно многогранный продукт, где необходимо учитывать множество факторов, считает Кайрат Чегебаев. Если договор заключался бы на короткий срок, все было бы значительно проще. Но поскольку речь идет о горизонте в десять и более лет, возникает большое количество неопределенностей – и для человека, который принимает решение на такой длительный период, и для страховой компании, которая берет на себя долгосрочные обязательства и должна гарантировать будущие выплаты.

Аннуитет оказался проще

В результате внутри самого рынка страхования жизни возникает перекос. КСЖ значительно проще развивать пенсионные аннуитеты – продукт, спрос на который уже сформирован и дополнительно поддержан возможностью использования пенсионных накоплений.

«Здесь развитие в определенной степени идет по принципу наименьшего сопротивления», — признает Кайрат Чегебаев.

Однако противопоставлять пенсионный аннуитет и накопительное страхование, по его мнению, было бы неправильно. Они решают разные задачи и ориентированы на разные возрастные группы.

Аннуитет становится финансовым инструментом прежде всего для людей старшего возраста, уже сформировавших пенсионный капитал. Накопительное страхование, напротив, рассчитано в большей степени на экономически активного человека, который продолжает зарабатывать и постепенно создает капитал на будущее.

Более того, пенсионный аннуитет может стать первым знакомством клиента с возможностями страховой компании. Поэтому проблема конкуренции между двумя продуктами возникает, скорее, на стороне самой КСЖ: в условиях высоких ставок компании рациональнее направлять ресурсы туда, где уже существует платежеспособный спрос.

Ситуация может начать меняться по мере снижения процентных ставок. Тогда зафиксированная на длительный срок доходность накопительного продукта будет выглядеть для клиента иначе, а разрыв с банковскими предложениями начнет сокращаться.

Депозит знают все, страховку – лишь некоторые

Второе серьезное ограничение – привычки самого потребителя. Казахстанские банки десятилетиями формировали культуру депозитных сбережений. В результате депозит стал для населения практически базовым финансовым продуктом.

«Каждая реклама депозита – красочные билборды, яркие ролики, тщательно проработанные образы потребителя – годами формировала у людей представление о том, что депозит является едва ли не единственным понятным способом сбережения и инвестирования денег», — отмечает Кайрат Чегебаев.

У накопительного страхования подобной узнаваемости пока нет. При этом сам продукт сложнее депозита: клиенту приходится принимать решение не на три месяца или год, а зачастую на десять лет и больше. На таком горизонте возникают риски и неопределенность не только для страхователя, но и для КСЖ, которая должна инвестировать полученные средства и обеспечить обещанные будущие выплаты.

Тем не менее, отдельные ниши уже демонстрируют спрос. В частности, сохраняется интерес к долларовому накопительному страхованию. В перспективе страховщики рассчитывают и на развитие unit-linked – продуктов, в которых страховая защита сочетается с участием клиента в инвестиционном доходе.

Налоговый стимул имеет значение

Еще одним фактором развития рынка накопительных продуктов Кайрат Чегебаев называет государственную налоговую политику. Опыт уже показал, насколько чувствительным может быть накопительное страхование к появлению или исчезновению льгот.

Он напоминает, что одно время обсуждалась возможность предоставления налоговых вычетов при заключении договора накопительного страхования, и они были внедрены, пусть даже на относительно небольшую сумму. Что привело, в свою очередь, к росту накопительного страхования, но потом в один момент льготы исключили.

В результате у казахстанского рынка накопительного страхования сегодня складывается сразу несколько ограничений: дорогие короткие деньги, сильная конкуренция банковских депозитов, недостаточная узнаваемость продукта и нестабильность стимулирующих механизмов. При этом потенциал рынка остается значительным.

«Во всем мире этот сегмент занимает важное место в финансовой системе, и я уверен, что в Казахстане он также будет развиваться — возможно, просто не такими быстрыми темпами, как нам хотелось бы», — резюмирует Чегебаев.

Сообщение Почему накопительное страхование еще не побило депозиты, рассказал Кайрат Чегебаев появились сначала на Ручная экономика.

«К сожалению, катастрофическое страхование зачастую начинает активно развиваться именно после крупных катастроф. Если посмотреть на опыт Турции, Японии и других стран, люди и государство начинают гораздо серьезнее относиться к страхованию жилья после масштабных разрушений. При этом Казахстан сам находится в зоне различных природных рисков: у нас есть угроза землетрясений, оползней, паводков и подтоплений. Поэтому мы поддерживаем инициативу регулятора по созданию такой системы заранее, не дожидаясь катастроф», — отмечает Кайрат Чегебаев.

Начинать нужно с карты рисков

Внедрение такого страхования потребует серьезной исследовательской работы с привлечением международных перестраховщиков, брокеров и специалистов по моделированию катастрофических рисков.

Одним из ключевых условий является наличие достоверных данных о недвижимости и природных рисках. Сегодня Казахстану не хватает единой цифровой системы, которая позволяла бы понимать, где расположен конкретный объект, каковы его характеристики и каким рискам он подвержен.

«Нам необходима актуализация данных и карт рисков, в том числе по Алматы, с учетом того, насколько сильно изменились город и застройка за последние десятилетия. Нужна единая цифровая база имущества: где находится объект, когда и из чего он построен, каким рискам подвержен. Без оцифровки имущества и актуализации карт рисков такая система полноценно работать не сможет», — считает глава «Евразии».

Современные модели позволяют оценивать потенциальный масштаб ущерба для конкретной территории, а на этой основе определять стоимость страховой защиты, объем резервов и перестрахования. Поэтому новая система может одновременно стать стимулом для формирования современной инфраструктуры оценки природных рисков для Казахстана.

От обязательного полиса — к страховой культуре

Еще одна задача — изменить отношение населения к страхованию имущества. На первоначальном этапе обязательный платеж может восприниматься как дополнительный налог. Однако базовое страхование способно постепенно повысить страховую и финансовую грамотность населения.

«Люди начнут задаваться вопросом: если у меня дом или квартира стоят десятки миллионов тенге, почему моя страховая защита составляет, условно, только 500 тысяч? Человек начинает разбираться: что именно застраховано, какую выплату он получит, что предлагают страховые компании. В результате будет формироваться сама культура страхования», — говорит Чегебаев.

Базовый полис должен оставаться доступным и обеспечивать минимальную защиту от катастрофических потерь, но он не сможет подменить добровольное имущественное страхование. Для многих казахстанских семей недвижимость является крупнейшим активом, значительная часть которого остается без полноценной страховой защиты.

Поэтому катастрофическое страхование должно стать первым уровнем защиты, а страховые компании смогут предлагать расширенное покрытие — вплоть до реальной стоимости имущества.

Как обеспечить выплаты после крупной катастрофы

Главная особенность катастрофических рисков заключается в том, что одно событие может одновременно затронуть десятки или даже сотни тысяч объектов. Такую нагрузку нельзя оставлять исключительно внутри национального страхового рынка.

«Ни одна страховая компания, вне зависимости от размера капитала, физически не может полностью оставить на себе риск крупного землетрясения в Алматы. Одно событие может привести к огромному количеству убытков одновременно. Поэтому в такой системе обязательного страхования должен присутствовать механизм перестрахования», — отмечает Чегебаев.

Значительная часть риска должна распределяться через международный перестраховочный рынок. Это позволяет привлечь дополнительную финансовую емкость и международную экспертизу в моделировании катастрофических рисков, и, самое главное, получить перестраховочные выплаты.

Для «Евразии» эта работа — не теория. Компания участвует в международном перестраховании и уже сталкивалась с масштабными убытками за пределами Казахстана. После разрушительного землетрясения в Турции 2023 года страховые выплаты «Евразии» составили около 38 млн долларов.

Фонд как оператор системы

По мнению Чегебаева, создание фонда не должно приводить к появлению параллельной страховой системы. Фонд должен стать методологическим и финансовым оператором: устанавливать единые подходы, аккумулировать средства, организовывать перестраховочную защиту и координировать участников.

Работу с гражданами и урегулирование страховых случаев целесообразно осуществлять через существующую инфраструктуру страхового рынка. У компаний уже есть филиальные сети, колл-центры, информационные системы и специалисты.

«Катастрофическое событие может не происходить десятилетиями. Но если оно произойдет, одновременно возникнет огромное количество обращений. Зачем фонду постоянно держать избыточный штат и инфраструктуру, если эти ресурсы уже есть у рыночных страховых компаний? Правильнее использовать существующую инфраструктуру рынка, а фонд должен обеспечивать общую организацию и устойчивость всей системы», — объясняет Чегебаев.

Такой подход позволит не создавать параллельную инфраструктуру, а использовать существующие компетенции страховщиков, одновременно развивая их технологии, сервис и способность работать с массовыми убытками. В результате государство получит работающий механизм защиты населения, а сам страховой рынок станет сильнее.

Кто должен финансировать систему

Один из наиболее сложных вопросов — капитализация будущего фонда. Среди обсуждаемых вариантов — потенциальное перечисление в него части средств от добровольного имущественного страхования. По мнению Чегебаева, такой подход требует осторожности.

«Мы смотрим на создание фонда положительно, потому что он будет продвигать саму необходимость страхования. Но сегмент добровольного страхования имущества физических лиц у нас пока крайне небольшой. Если дополнительно нагружать именно его, расходы в конечном итоге лягут на тех людей, которые уже сегодня ответственно относятся к своим рискам и страхуют имущество», — считает глава «Евразии».

По его мнению, базовая капитализация системы должна осуществляться при участии государства, а в дальнейшем фонд может использовать рыночные инструменты финансирования.

«На первоначальном этапе базовая капитализация должна идти от государства. При наступлении катастрофического события, фонд, помимо перестраховочной защиты может использовать накопленные средства и привлекать дополнительное финансирование, в том числе выпускать облигации по заранее проработанным механизмам. Нужно строить систему, способную выдержать действительно крупную катастрофу», — говорит Чегебаев.

Не новый платеж, а система управления рисками

Таким образом, катастрофическое страхование значительно шире размера обязательного платежа или суммы выплаты после землетрясения или паводка.

Фонд в такой модели выступает методологическим и финансовым оператором, международный перестраховочный рынок обеспечивает дополнительную емкость, а страховые компании используют существующую инфраструктуру для работы с гражданами.

Национальная система создает базовый уровень защиты, который гражданин сможет расширить с помощью добровольного страхования вплоть до реальной стоимости имущества.

В результате государство получит инструмент управления финансовыми последствиями крупных катастроф, население — базовую защиту имущества, а страховой рынок — стимул развивать технологии, инфраструктуру и компетенции.

Именно поэтому катастрофическое страхование — это не просто еще один страховой продукт или новый обязательный платеж. Это элемент национальной системы управления рисками.

Сообщение «Ни одна страховая компания не может полностью оставить на себе риск крупного землетрясения в Алматы» — глава «Евразии» появились сначала на Ручная экономика.

О расширении присутствия СК «Евразия» на индийском рынке впервые официально сообщил в марте отраслевой журнал Asia Insurance Review, отметив, что администрация GIFT City выдала компании соответствующее разрешение на работу подразделения в Индии.

Согласно официальным документам, директором тамошнего филиала значится Аман Манчанда. Как пишет вышеупомянутое издание, он имеет более 20 лет опыта работы в перестраховании, включая андеррайтинг, развитие бизнеса и комплаенс.

В свою очередь, наша редакция обратилась за комментариями в головной офис СК «Евразия» в Алматы. Там подтвердили эту информацию, уточнив, что открытие филиала в Индии произошло на фоне изменений местного регулирования перестрахования, ограничивающее деятельность зарубежных компаний.

«Филиал СК «Евразия» уже получил первые перестраховочные премии от индийских цедентов в рупиях и долларах США. GIFT City рассматривается нами как региональный хаб для дальнейшей экспансии на рынки Индийского субконтинента, включая Непал, Бутан и Шри-Ланку», — коротко поделился подробностями с «Ручной экономикой» председатель правления компании Кайрат Чегебаев.

Примечательно, что СК «Евразия» уже на протяжении нескольких лет предоставляла перестраховочную защиту индийским клиентам, находясь за пределами данной страны. Местный рынок компания обслуживала по факультативным и договорным программам перестрахования. В портфеле были риски в таких сегментах, как катастрофические события, имущество, энергетика, авиация, морские перевозки и несчастные случаи.

Один из резонансных страховых случаев — крушение Boeing 787-8 Air India 12 июня 2025 года вскоре после взлета. Самолет выполнял рейс из Ахмедабада в Лондон. В мае 2026 года СК «Евразия» объявила, что произвела первую выплату по своей доле ответственности в рамках перестраховочной программы. Общий размер ущерба разбившегося авиалайнера сложился в районе $120 млн, а объем сформированного компанией резерва — порядка 162 млн тенге. Помимо самого самолета, программа покрывала ответственность перед третьими лицами.

Также «Евразия» участвовала в перестраховании последствий катастрофы Boeing 737 Air India Express в Кожикоде в 2020 году. По информации страховщика, тогда его выплата составила около 50 млн тенге.

Сколько бизнеса уже приходится на международный рынок

В интервью Intelligent Insurer, опубликованном 6 сентября, глава СК «Евразия» Кайрат Чегебаев рассказал, что в первом полугодии 2026 года валовые страховые премии компании превысили $273 млн. Из них $111 млн пришлось на входящее международное перестрахование. По его словам, 60% портфеля СК «Евразия» формирует бизнес в Казахстане, 40% — международные операции. На международный бизнес также ориентировано около 54% региональных премий по входящему перестрахованию. География компании охватывает почти 100 стран.

Тогда же Чегебаев обратил внимание, что акционерный капитал компании уже достиг $748 млн. Он оценил его почти в 46% совокупного акционерного капитала страхового рынка Казахстана, кроме страхования жизни. По прогнозам топ-менеджера, в среднесрочной перспективе показатель может превысить $1 млрд.

На сегодняшний день мажоритарным акционером СК «Евразия» является Евразийская финансовая компания, которой принадлежит 95% акций. Через нее в капитале страховщика участвуют: Шухрат Ибрагимов, Мукадасхан Ибрагимова, Патох Шодиев и наследницы покойного Александра Машкевича — Лариса, Анна и Алла Машкевич. Оставшимися 5% акций страховой владеет ее бывший председатель правления Борис Уманов.

10 сентября 2026 года S&P повысило долгосрочный кредитный рейтинг компании с BBB до BBB+, прогноз — стабильный.

Сообщение СК «Евразия» открыла филиал в Индии и готовится выйти на рынки Южной Азии появились сначала на Ручная экономика.