Автор «Ручной экономики» поговорила с заместителем председателя Национального банка Бинуром Жаленовым о том, как двигается цифровой тенге, будет ли связан с единым QR и стейблкоином, и как его появление изменит расстановку сил в платежном поле.

— Как продвигается проект цифрового тенге? Его используют в тестовом режиме, что дальше?

— Цифровой тенге фактически уже находится в промышленном производстве. Прошлогодняя банковская реформа дефинировала понятие национальной цифровой финансовой инфраструктуры. К ней относятся единый QR, переводы по номеру телефона, национальный инфоцентр, и в том числе, цифровой тенге. Мы приняли необходимые нормативно-правовые акты и с 19 июля 2026 года они вступают в силу. Иными словами, с этой даты цифровой тенге из некого пилота выходит в полную промышленную стадию с точки зрения нормативно-правовой базы, с точки зрения технологий он уже работает в полную силу.

На сегодня у нас 12 банков активно подключены к цифровому тенге, в их числе Altyn Bank, Halyk Bank, БЦК, Банк развития Казахстана, ForteBank. Банки Freedom и RBK начали разработку.

На сегодня выпущено в оборот 340 млрд цифровых тенге. В ближайшие два года мы охватим где-то 1 трлн тенге. Основной пользовательский кейс, фокус использования – государственные расходы. Нацбанк вместе с Минфином приняли дорожную карту по цифровому тенге, внесены соответствующие изменения в бюджетный кодекс. В июне Минфин утвердил правила по масштабированию использования цифрового тенге в рамках республиканского и местных бюджетов.

— Как все будет происходить на практике?

— Для цифрового тенге мы выбрали пять бюджетных специфик, в частности, строительство, средний ремонт дорог и др. Все государственные закупки в рамках этих бюджетных специфик свыше 100 млн тенге будут идти с расчетами в цифровом тенге.

Некоторые виды льготного кредитования, прежде всего в сельском хозяйстве, также поэтапно полностью переведут в цифровой тенге. Поэтапно, отрасль за отраслью, институт за институтом, мы переведем госзакупки в цифровой тенге. Нацбанк также полностью переводит свои закупки в цифровой тенге.

Есть еще один большой проект – цифровой НДС. Пока он проходил в пилотном формате. На днях мы завершаем его тестирование и поэтапно всех экспортеров будем подключать к этому проекту. Это – тоже очень большие обороты. В общем, по моим прогнозам, в этом и следующем годах мы пробьем отметку в триллион цифровых тенге, в принципе, можно считать, что он уже стал частью полноценной экономики.

— Вы говорите, что основная задача цифрового тенге — оплачивать госрасходы. Планируется ли распространить цифровой тенге на частный сектор и физических лиц?

 — На самом деле нет никаких супер ограничений для широкого использования цифрового тенге. Если бизнес получил цифровые тенге, он может расплачиваться ими и после исполнения контракта. Но в то же время мы не хотим заставлять использовать цифровые тенге или навязывать их каким-то способом.

Мы даем технологическую возможность банкам открывать счета и карты клиентам в цифровом тенге, но активно не форсируем процесс, не пушим рынок в эту сторону. Но если будет запрос со стороны рынка, мы легко обеспечим его за месяц-два.

Сейчас реальная боль, которую мы решаем цифровым тенге, связана с прозрачностью госрасходов. Поэтому мы сфокусированы на этом направлении. Когда мы охватим цифровым тенге большую часть госрасходов, автоматом появится очень много кошельков у юридических лиц, ИП, наемных сотрудников и так далее. Вот когда появится и естественным образом запустится экосистема.

— 19 июля – день, когда все банки должны перейти на единый QR. Случайно ли совпала эта дата с полным запуском цифрового тенге?

— Нет, скорее наоборот. Нормативно-правовые акты по цифровому тенге вступают в силу 19 июля. Если документ связан с обязательным проведением платежей через наш QR, он тоже вступает в силу 19 июля. Поэтому банки подводятся под эту дату.

— Видите ли вы технологический арбитраж между крупными и мелкими банками по цифровому тенге, ведь кто-то стал раньше заниматься цифровизацией, кто-то позже. Бюджет у всех разный, клиенты разные, возможности разные.

— Мы не видим такого арбитража, потому что подключение к цифровому тенге – недорогой процесс для банка. Это подключение к стандартным API и так далее. Подключение могут позволить себе все банки, и я таких рисков, честно говоря, не вижу.

 — Если немножко заглянуть в будущее, появится ли единый QR по цифровому тенге? Можно ли построить единое техническое решение по примеру единого QR для обычного тенге?

— Когда цифровой тенге начнет распространяться среди розничных клиентов, можно будет автоматом расплачиваться в едином QR и цифровым тенге. Не нужно строить отдельную экосистему, так как цифровой тенге – часть общей национальной платежной системы.

— Сколько будет стоить розничному клиенту подключение к цифровому тенге?

— Нисколько. Для него это будет еще одна строчка в его банковском приложении.

— Главный страх банков – потеря части бизнеса. Архитектура цифрового тенге такова, что кошельки для цифрового тенге будут открываться в системе Нацбанка, а банки станут операторами платежей. Банки опасаются, что если клиенты будут держать остатки цифровых тенге в кошельках, они станут конкурировать с депозитами…

— Вопрос понятен. Мы специально запретили начисление процентов на остатки цифровых тенге в кошельках. Соответственно, люди не мотивированы переводить ликвидность из банков, где депозит приносит проценты. По идее жизненный цикл цифрового тенге в этой конструкции несколько ограничен. Он свою задачу выполняет и потом, скорее всего, человек будет переводить ликвидность обратно на депозит в банк и так далее. Поэтому существенного урона для банковской системы мы не видим.

Вместе с тем в мире появляются новые модели. В этом году в Китае разрешили начисление процентов по цифровому юаню и таким образом он из прямого цифрового актива центрального банка превратился в некую форму токенизированного депозита банков второго уровня. Это позволяет достичь две цели. С одной стороны, люди будут выбирать цифровой юань и там держать деньги. А, с другой стороны, банк на этой ликвидности может зарабатывать. Мы исследуем возможность таких моделей, но будем смотреть по динамике.

— То есть не исключено, что можно будет токенизировать депозиты и позволять населению и банкам зарабатывать?

 — Да, банки остаются в системе цифрового тенге и будут важным инфраструктурным провайдером. У нас нет никакого аппетита на прямое обслуживание розничных клиентов. Это неудобно, неправильно, и ни к чему хорошему не приведет.

— Как вы видите историю токенизированных трансграничных платежей?  

— В цифровом тенге мы провели первую платную транзакцию с центральным банком Арабских Эмиратов. Однако наше очень большое направление – это стейблокины. Любое лицо может через специальную цифровую платформу купить тенговый или долларовый стейблкоин.

Мы запустили три разных стейблкоина, которые обслуживают трансграничные платежи. Это быстрее, дешевле и эффективнее, чем действующая корреспондентская сеть банков. Через такие платежи прошло несколько миллиардов эквивалента тенге. Я думаю, в будущем это будет большой растущий рынок.

— Кто выступил эмитентом стейблкоинов?

— Это были частные эмитенты, причем не обязательно эмитентом выступает банк. Создавать стейблкоин может специальная организация – оператор платформы цифровых активов, получившая наши лицензии или работающая в поле специальной регуляторной песочницы Нацбанка.

 — Сейчас финтехи все активнее работают в платежном поле и у Нацбанка есть планы охватить их регулированием. Как будут внедряться такие компании в платежные транзакции, в кошельки с цифровым тенге?

 — Процедура допуска для них полностью аналогична банкам. В июне мажилис во втором чтении принял пакет поправок по регулированию новой категории платежного рынка – платежной организации первой категории. Напомню, что сегодня платежный рынок в Казахстане представлен двумя категориями игроков: банки второго уровня и небанковские платежные организации. За последние несколько лет, особенно за прошлый год, небанковские платежные организации обработали 10 трлн тенге. Это большой участник платежного рынка.

Вместе с тем, платежные организации не имеют операционной независимости от банков. Финтехи вынуждены идти к банкам за эмиссией электронных денег. Фактически, ликвидность двигается через банки, а финтехи играют некую посредническую роль.

С учетом того, что цифровой платежный рынок состоялся, есть запрос на конкуренцию. И мы решили сделать некие, по сути, платежные банки. У них есть возможность подключаться к платежным системам, в том числе к цифровому тенге, открывать счета юридическим лицам и кошельки физическим лицам, проводить розничные и трансграничные платежи, выпускать карты и так далее. По сути, это полноценный банк без кредитов и депозитов – платежный банк. Мы считаем, что это оживит конкуренцию на рынке платежей.

Более того, мы видим платежные организации первой категории в большой синергии с новым рынком цифровых активов, со стейблкоинами. Эти организации будут обслуживать криптофиатные операции. Поэтому мы считаем, что, в целом, появление таких игроков повысит конкуренцию, и вслед за ними снизит тарифы.

Сообщение Платежный рынок состоялся и есть запрос на конкуренцию — Бинур Жаленов появились сначала на Ручная экономика.

Платформа способна кардинально изменить правила игры на международном рынке транзакций. Платформа обещает комиссии примерно вдвое ниже SWIFT, привязав к себе небольшие компании, для которых платежи через SWIFT дорогие и сложные. Но главное, mBridge – стратегический инструмент Китая по расширению роли китайской цифровой валюты ECNY в глобальных финансах.

Платформа построена на блокчейне. Это позволяет центробанкам проводить прямые расчеты в собственных цифровых валютах, исключая доллар как промежуточное звено. Время валютных операций сокращается до нескольких секунд. Коммерческие банки могут участвовать в транзакциях mBridge под надзором своих центральных банков

К середине июня 2026-го mBridge обработал транзакций на сумму порядка 470 млрд юаней или $69 млрд, сообщили Financial Times источники, знакомые с ситуацией.

«Вне контекста незаметно разворачивается гонка вооружений в сфере альтернативных финансовых систем. Можно сказать, что это своего рода «пояс и путь» для цифровых валют, поэтому неудивительно, что китайцы продолжают продвигаться в этом направлении», – заявил изданию директор-основатель Центра финансов и безопасности британского института RUSI Том Китинг.

По словам руководителя отдела исследований Китая в Институте международных финансов Джина Ма, глобальный рынок платежей, в котором когда-то доминировала компания Swift, распадается на систему конкурирующих сетей, и mBridge станет одной из них.

Точная дата коммерческого запуска mBridge пока не называют, но подготовка уже на финальной стадии.

На фоне запуска mBridge интересной выглядит регистрация в юрисдикции МФЦА 19 июня китайского брокера Tickrs Financial Limited с уставным капиталом в $1 млн. Брокер является дочерней компанией Valuable Capital Group Limited – гонконгской технологической финансовой организации, входящей в Sina Group.

Напомним, что Казахстан тоже активно двигается в сторону развития собственной цифровой валюты – теңге. С этого года получили официальное признание цифровые финансовые активы (ЦФА) и кроптоактивы. Инструменты развиваются на параллельных рынках МФЦА и Нацбанка. Отдельно стоит проект крипто города – Alatau City, которого власти планирует превратить в международный IT-хаб, финансовый и деловой центр. Ключевыми партнерами проекта являются китайские компании – финансовые и строительные.

Сообщение Китай продвигает цифровой юань, причем тут МФЦА? появились сначала на Ручная экономика.

Помимо этого, Нацбанк намерен удвоить легальный оборот криптоактивов до $20 млрд в рамках национальной инфраструктуры цифровых активов через лицензированных провайдеров.

Существенная роль для развития цифровых активов, в том числе криптовалюты, отводится Alatau City.

На взгляд Нацбанка, это город, в котором токенизация активов должна быть по умолчанию. Права собственности, права требования, а также другие формы прав будут исполняться в токенизированном формате, чтобы облегчить привлечение инвестиций. Появятся инфраструктурные игроки, в том числе KASE и аффилированная со ней структура, которая позволит институционально токенизировать недвижимость и прочие объекты на территории города. К этим токенам получат доступ не только локальные, но и розничные инвесторы, в том числе те, кто находятся сугубо в криптокапитале.

«На наш взгляд – это будет большой прорыв. В нашем понимании Alatau City – не какая-то модная витрина, а вполне прагматичная цель по привлечению инвестиций, где токенизация напрямую поможет с инвестициями. Мы планируем запустить первый пилотный проект уже в этом году. Какой будет практический объем цифровых финансовых активов, расскажем позже», – сообщил Тимур Сулейменов «Ручной экономике».

Вопросами финансового регулирования, движения капитала, выпуска и обращения цифровыми активами занимается рабочая группа с участием Нацбанка, Агентства по регулированию и развитию финансового рынка и Alatau City. Это обеспечит единство внешнего периметра цифровых активов, чтобы капитал не «бежал», а выходил и заходил в упорядоченной форме в Alatau City.

«Формального регулятора Alatau City иметь не будет. На начальном этапе администрированием займется соответствующая организация, у Нацбанка будет свой филиал, закрывающий вопросы валютного контроля и движения капитала. Но реализация и координация всех рабочих процессов будет идти в соответствии с национальной повесткой.  Алатау сити – не изолированный кусок нашей экономики, будут обеспечены национальные интересы и интересы более широкой юрисдикции», – уточнил Тимур Сулейменов.

Отвечая на вопрос о регуляторном арбитраже между рынком цифровых активов МФЦА и рынком в национальной юрисдикции, глава Нацбанка призвал воспринимать арбитраж позитивно. По его словам, Alatau City не является финансовым центром. Основной ключ его развития – девелопмент и логистика, где финансовые инструменты находятся «где-то посередине».

«Я бы сильно не упирался в тему, что это новый финансовый центр. Во-первых, у нас есть МФЦА с английским правом и собственным финансовым регулированием. Во-вторых, мы сильно подтянули наше общее юрисдикционное законодательство. Создали для цифровых активов отдельную современную национальную рамку. Понятно, что в Alatau City будут отличаться условия, связанные с крипто: будет больше разрешений, чем в общей юрисдикции и в поле МФЦА. Этот позитивный арбитраж мы и хотим иметь в периметре регулирования», – отметил глава Нацбанка.

Цифровые активы являются новым классом активов в рамках банковского и гражданского законодательств. Цифровые финансовые активы (ЦФА) признаются равными финансовым инструментам. Законодательно определен список из 18 позиций, которые можно токенизировать. Это – стартовая точка, от которой регулятор отталкивается в построении национального рынка цифровых активов.

Сообщение Оборот цифрового тенге и криптоактивов вырастет — Тимур Сулейменов появились сначала на Ручная экономика.

«Мы считаем, что у нот Нацбанка есть большое преимущество стать одним из первых национальных цифровых активов. Во-первых, контролируемый процесс выпуска и обращения. Во-вторых, ноты Нацбанка – дисконтные с самым простым способом начисления доходов. Плюс все участники, которые сейчас приобретают национальные ноты – наши текущие клиенты, что очень упрощает этот путь. Получилось бы хорошо соединить цифровые ноты с цифровым тенге, который Нацбанк сейчас ведет», – сказал председатель правления KASE Адиль Мухамеджанов.

Нацбанк выпускает собственные ценные бумаги — ноты для изъятия у банков излишней ликвидности, купируя риски надувания «пузырей» в сегментах финансового рынка, прежде всего на валютном рынке, и контролируя инфляцию.

Эффект от токенизации краткосрочных нот Нацбанка включает переход к выпуску инструмента в цифровом формате, расширение доступа для нерезидентов через регулируемый цифровой периметр, сокращение сроков расчетов до T+0 (день в день) и возможность проведения операций в режиме 24/7. Дополнительно, это обеспечивает прозрачность учета за счет единого реестра держателей и возможность аудита операций и правил обращения.

Однако цифровизация выпуска ценных бумаги грозит пересмотром текущей конфигурации финансового рынка. Нормативная база через запуск цифровой платформы и токенизация биржевых активов (акций и облигаций) дает инвестору допуск к инструментам минуя брокера, а эмитенту к деньгам инвестора — без участия инвестбанка. Вопрос в том, планируют ли регулятор и рынок ломать сложившийся консенсус. Судя по всему, так далеко вопрос пока не рассматривается.

Финансовый рынок становится цифровым – сохранят ли свои позиции инвестбанки

По мнению Адиля Мухамеджанова, участие KASE в токенизации активов не станет проблемой для инвестиционных банков, чей бизнес традиционно складывается на организации привлечения средств для клиентов. Участники биржи могут стать участниками торгов с ЦФА, наша роль как инфраструктуры – обеспечить присоединение к классическому рынку всех ЦФА, заметил глава KASE.

«В нашей целевой модели мы видим, что профессиональные участники финансового рынка (брокеры и инвестбанки, — ред.) пока остаются клиентами биржи, через которых инвестор может работать. Но законом и нормативкой мы не ограничены от того, чтобы начать сервис В2С (бизнес для потребителя, — ред.)», — уточнил глава KASE.

Но, по его словам, надо понимать, что это новый бизнес для KASE и к нему нужно подходить с глубоким анализом и расчетом потенциальных новых возможностей. Пока же биржа работает по модели В2В2С. Такая модель дает возможность бирже понимать конечные потребности клиентов – брокеров, в том числе давать им возможности более мелких атомизированных торгов. Токенизация разбивает крупные лоты, например, долговых инструментов на небольшие объемы, доступные мелким инвесторам.

Пока же, в ближайших планах, токенизация ценных бумаг нацелена на упрощения доступа к фондированию на фондовом рынке компаний, ранее не участвующих в этом процессе.

«Эмитентам из МСБ, которым сложно напрямую выйти на рынок капитала, токенизация активов открывает совершенно новые возможности. Это не слова, а практические проекты. Один из которых реализуется в песочнице Нацбанка – это токенизация коммерческой недвижимости. Когда застройщик на цифровой платформе выпускает токены – по сути квадратные метры будущего бизнес центра, и таким образом привлекает деньги. Миллиард тенге был полностью привлечен без участия банков. Мы считаем, что для сегмента МСБ токенизация как технология вполне эффективна», — поделился мнением заместитель председателя Нацбанка Бинур Жаленов.

Запуск цифровой торговой и расчетной инфраструктуры на KASE переводит ЦФА из режима пилотирования к промышленному использованию. К 1 мая текущего года в национальном регуляторном поле создан полный правовой периметр для эмиссии, обращения и расчетов ЦФА. В регуляторной песочнице пилотируется 15 проектов с ЦФА. По словам председателя правления Нацбанка Тимура Сулейменова, масштабная полноценная работа рынка ЦФА ожидается к 1 мая следующего года.

KASE будет играть в инфраструктуре национального рынка ЦФА ключевую роль торговой площадки и эмитента ЦФА. Биржа первой получила эти лицензии. Адиль Мухамеджанов отметил, что на базе этих двух функций KASE может развивать дальнейший продуктовый набор.

«Создание цифрового регулируемого рынка на базе KASE имеет ряд причин. Это рынок со сложившейся ликвидностью и профессиональными участниками. Создание новой цифровой инфраструктуры не позволит размыть имеющуюся ликвидность», — пояснил глава KASE.

На первом этапе участникам рынка будут доступны базовые инструменты, в частности токенация ценных бумаг и недвижимости. Торговля ЦФА начнется в ближайшее время – биржа готова принять первые сделки.

Токенизировать можно как новые бумаги, так те, кто уже находится в листинге KASE, в том числе бумаги из сектора KASE Global, так как в цепочке токенизации участвует Центральный депозитарий ценных бумаг на базе, которого проходит блокировка обращающихся ценных бумаг и даже не обязательно, чтобы они были в листинге. Акции и депозитарные расписки блокируются в депозитарии, на их объем выпускаются токены, которые дальше могут обращаться в цифровой среде. Вопрос зависит от спроса на токенизацию таких инструментов.

Сообщение Убъет ли брокерский бизнес токенизация ценных бумаг появились сначала на Ручная экономика.