«После того, как люди посидели на карантине, начала развиваться так называемая Home body экономика. Люди научились делать покупки, заказывать еду, развлекаться с помощью цифровых платформ, не выходя из дома. И этот новый потребительский опыт закрепился», — отметила эксперт.

Кроме того, по ее словам, офлайн-торговлю, включая обороты кинотеатров и общепитов, сокращает развитие электронной коммерции, ОТТ платформ, экономия бюджета за счет домашнего питания.

«Отсюда и сокращение трафика в ТРЦ, сокращение продаж и опустошение. В казахстанских реалиях есть еще и влияние инфляции. По данным Halyk Finance, мы видим реальное сокращение розничного товарооборота из-за снижения покупательской способности. Семьи не могут себе позволить развлечения для детей в ТРЦ, водить ребенка на ледовый каток, на батуты. Семейные бюджеты сейчас перераспределяются только на питание, оплату ипотеки, покупку лекарств и другие жизненно важные расходы», — написала Азиза Шужеева.

Она добавила, что классическая модель ТРЦ в Казахстане устарела, что привело к освобождению площадей. Спикер размышляет о возможности собственникам модернизировать бизнес, а не рассчитывать на государственное спасение. В качестве примера приводятся мировые ТРЦ, которые преодолевают кризис через радикальную трансформацию.

Такие проекты, как The Well в Торонто, создают автономные экосистемы из жилья, офисов и торговли. А Funan Mall в Сингапуре переформатирован в мультифункциональный молодежный хаб с велодорожками, скалодромом, фермой на крыше, фуд-холлами с роботами-помощниками, коворкингами и поп-ап пространствами для локальных брендов. Также ТРЦ отдают под образовательные и креативные хабы. В США Amazon преобразует закрывающиеся моллы в логистические центры, превращая их в часть инфраструктуры e-commerce.

«Сегодня ТРЦ во всем мире либо адаптируются и превращаются в принципиально новые пространства, либо закрываются, пополняя списки «мертвых моллов». Как будут меняться наши казахстанские ТРЦ — большой вызов и вопрос. Это не простая задача для владельцев, креативщиков и идеологов бизнеса», — заключила Азиза Шужеева.

Сообщение «Сегодня ТРЦ во всем мире либо адаптируются и превращаются в принципиально новые пространства, либо закрываются» — Азиза Шужеева появились сначала на Ручная экономика.

Всё наоборот

Глава миннацэкономики отметил, что в новом Налоговом кодексе условия для видов бизнеса в сфере B2C, работающих по упрощенному режиму, значительно улучшились: предельный объем дохода увеличен до 2,6 млрд тенге, а ограничения по количеству работников сняты. Также сохранены льготы, освобождающие от уплаты НДС и социального налога. Базовая ставка составляет 4%, при этом во многих регионах данный показатель снижен до 2–3%.

«Несмотря на это, я поручил Комитету государственных доходов провести анализ показателей закрытия предприятий в этих сферах в сравнении с прошлыми годами. Статистика не подтвердила мнение о том, что предприятия в данных отраслях массово закрываются», — написал глава минэкономики.

В подтверждение он привел показатели закрытия за январь-апрель 2024, 2025 и 2026 годов:

• Магазины у дома (розничная торговля площадью до 2000 кв.м.): в 2024 году закрыт 701 объект, в 2025 году – 585, в 2026 году – 14.
• Салоны красоты и парикмахерские: в 2024 году закрыт 1 771 объект, в 2025 году – 985, в 2026 году — 211.
• Рестораны, кофейни и службы доставки еды: в 2024 году закрыто 803 объекта, в 2025 году – 875, в 2026 году – 144.
• Крупный ритейл (супермаркеты и гипермаркеты площадью более 2000 кв.м.): в 2024 году закрыто 16 объектов, в 2025 году – 13, в 2026 году – 1.

Почему страдает бизнес?

Жумангарин добавил, что часть предпринимателей, особенно в сфере торговли и услуг, действительно, сталкивается со сложными проблемами. Однако, их причины не связаны с налоговой реформой.

По его словам, на ситуацию в этих секторах сейчас сильнее влияют дорогие кредиты, ограниченный доступ к банковским займам, замедление потребительского кредитования и снижение роста потребительского спроса. Особенно четко это проявляется в высокодоходных сегментах рынка.

«Помимо этого, свое влияние оказывает и развитие электронной коммерции (онлайн-торговли). Если в 2020 году объем онлайн-торговли составлял 476 млрд тенге, то в 2025 году он вырос почти в 8 раз, достигнув 3,8 трлн тенге. За этот период доля электронной торговли в розничном товарообороте увеличилась с 4,1% до 14-15%. Покупатели получили возможность выбирать среди тысяч продавцов независимо от своего местонахождения, что значительно усилило конкуренцию на рынке. Тем не менее, это не означает, что традиционная торговля будет вытеснена с рынка. За этот же период общий объем розничной торговли вырос с 11,7 трлн тенге до 26,4 трлн тенге», — отметил Жумангарин.

По его мнению, меняется не сам объем торговли, а структура каналов продаж и поведение потребителей.

Сообщение Статистика не подтвердила мнение о том, что предприятия в сфере B2C массово закрываются появились сначала на Ручная экономика.